Посмотрите вверх на ближайшую опору линии электропередачи. Те белые «юбочки», на которых висят провода, сделаны из того же теста, что и чашка на вашей полке. Твёрдый фарфор спокойно держит и утренний чай, и полмиллиона вольт. Как так вышло?
Началось всё с телеграфа. В 1853 году на выставке в нью-йоркском Хрустальном дворце показали «телеграфные изоляторы из белого кремнёвого фарфора», их уже ставили на линиях под Бостоном. А когда телеграф пошёл по столбам в 1855-1860 годах, выяснилась любопытная вещь. Фарфоровая чашечка изолировала провод надёжнее стеклянной. К 1860-му на линиях висели десятки тысяч фарфоровых изоляторов, ещё через два года их считали сотнями тысяч.
Настоящий взлёт случился в 1880-х, когда по проводам пошло электричество. Напряжение в десятки тысяч вольт стекло уже не держало, пробивалось. А плотный глазурованный фарфор влагу не впитывает, мороза и жары не боится, и ток сквозь него не идёт. С 1915 года он вытеснил стекло почти отовсюду, даже с низковольтных линий.
Ремесло было тонкое. В 1891-м фирма Pass & Seymour из Сиракуз запустила «мокрый способ», через пару лет Фред Локк его запатентовал. Толстую цельную деталь тогда отлить не умели, поэтому крупный изолятор лепили из двух-трёх «раковин». Их покрывали глазурью, склеивали и обжигали, а глазурь при обжиге сплавляла куски в одно целое. Тот же приём, каким сажают ручку на чайник, только рассчитанный на тысячи вольт.
А дальше сюжет свернул совсем неожиданно. В начале 1960-х провода начали убирать под землю, монтёры снимали со столбов старые изоляторы необычной формы и цвета и уносили домой. Так родилось коллекционирование. С 1973 года хобби опекает Национальная ассоциация изоляторов, сегодня таких собирателей в одной только Америке около десяти тысяч. Редкий экземпляр на аукционе уходит дороже пяти тысяч долларов. Вот вам и «бесполезная железяка со столба».
Наш отклик
Изоляторов у нас, ясное дело, нет, зато есть тот самый материал. Твёрдый фарфор Императорского завода - та же белая плотная масса, что век назад держала провода. Лучше всего это видно на скульптуре без росписи, где нет ни грамма позолоты, только чистый обожжённый черепок. Тёплый на просвет, звонкий, если щёлкнуть по нему ногтем.
Роспись добавляет характер, но черепок под ней всё тот же. Кремовый котёнок, заяц с морковкой, домовёнок Игоша - каждую фигурку отливают и обжигают по правилам, которые почти не менялись со времён первых телеграфных чашечек. Больше фарфоровых зверей и птиц я собрал для вас в подборке анималистики.
Так и живёт этот материал двойной жизнью. Одной стороной держит небо на проводах где-нибудь над степью, другой стоит у нас на полке и радует глаз. Вот так и бывает.
Пока нет комментариев. Будьте первым!