Один француз посмотрел на китайский фарфор и решил разложить его по цвету. Звали его Альбер Жакмар, шёл 1862 год, и в Пекине он не бывал ни разу. Зато голова у него была набита ботаникой Линнея, и вазы он придумал делить на «семьи» ровно так, как делят растения. Зелёные пошли в famille verte, розовые в famille rose. Термины прижились за пару месяцев, дилеры расхватали их с аукционных каталогов, и говорим мы так до сих пор.
Сначала были зелёные. Famille verte расцвела при императоре Канси (1662-1722), и её главный голос - прозрачная медная зелень поверх глазури. Рядом ложились железный красный, жёлтый, баклажановый, синий. Роспись читается как витраж, краски яркие и чуть холодные, будто смотришь сад через цветное стекло. Из этой палитры выросли птицы на ветках, пионы, драконы, весь тот Китай, который Европа тащила к себе трюмами.
А потом приехал розовый. Привезли его иезуиты, работавшие при дворе, и весь секрет прятался в золоте. Коллоидное золото, «пурпур Кассия», давало ту самую нежную розу, которой в Китае раньше не знали. Первые пробы 1720-х выходили тёмными, на рубиновом стекле. К 1730-му, уже при Юнчжэне, мастера научились гасить розовый белилами, и цвет ожил. Появились полутона, лепестки с растяжкой от густого к прозрачному. Сами китайцы звали это фэньцай, «мягкие краски», а придворную роспись - фалангцай.
Вот тут и случился поворот. Розовая семья вытеснила зелёную почти начисто. К середине XVIII века famille verte ушла в тень, а нежные пионы фамий-роз пошли на экспорт тоннами. Европа сходила с ума, заказывала сервизы с гербами, и через сто лет тот самый Жакмар уже сортировал всё это добро на розовых и зелёных, не подозревая, что делит надвое две эпохи китайского двора.
Наш отклик по гамме
Цинского антиквариата у нас, ясное дело, нет, и выдавать за него ничего не стану. Зато обе палитры прекрасно живут в ручной росписи Императорского завода, и разложить их на розовых и зелёных ничуть не сложнее, чем это сделал француз. Возьмите туалетную коробочку «Мак восточный» из серии про цветы и ягоды России. Тёплый красно-розовый мак, тонкая ботаническая роспись твёрдого фарфора, ровно тот дух, ради которого китайцы когда-то плавили золото.
Зелёную родню держат две вещи. Чашка «Modes de Paris» в гербовой форме и набор форм «Календа зелёный», холодная ясная зелень, которая на фарфоре всегда звучит спокойнее и строже тёплой. Поставьте их рядом с маком, и вы своими глазами увидите то, что Жакмар когда-то развёл по разным «семьям».
А пёстрый дятел на тарелке сверху уже про сам сюжет. Птица на ветке, точная роспись, мотив «цветы и птицы», который кочевал из famille verte в famille rose и добрался до наших мастеров. Хотите растительную роспись целой подборкой - она у нас есть. Розовые, зелёные, с птицами и без, вот так две французские этикетки объясняют полтора века китайского цвета. И немного нашего заодно.
Пока нет комментариев. Будьте первым!